Category: наука

Category was added automatically. Read all entries about "наука".

buida, yuri

“НЛО”, №111, 2011

Из анонса: этот номер журнала “предлагает читателям ознакомиться с дискуссией между Этьеном Балибаром, одним из крупнейших марксистских теоретиков, и Жаком Деррида, зачинателем деконструкции и известнейшим философом современности. В начале номера опубликован доклад Балибара “Избранность/Отбор”, прочитанный им на конференции под названием “РасСЛЕДования: раса, деконструкция, критическая теория” в апреле 2003 года в Калифорнийском университете, и ответную реплику Деррида. Уникальный диалог между великими интеллектуалами предваряется статьей Драгана Куюнджича, в которой автор обрисовывает контекст этой исторической встречи представителей разных течений в современной философии, и показывает значимость мысли Деррида и Балибара на паре примеров, касающихся расовой ситуации в Соединенных Штатах.

Не менее интересен раздел “Интеллектуалы в закрытом обществе: 1960-е”, в котором подобраны несколько статей, рисующих те или иные аспекты жизни советских интеллектуалов. В работе Константина А. Богданова “Физики vs лирики: к истории одной “придурковатой” дискуссии” анализируется всколыхнувший всю советскую интеллигенцию 1960-х годов спор между представителями гуманитарных и естественных, точных наук о том, кому из них принадлежит будущее. В статье Марины Пугачевой “Вторая наука или “игра в бисер”” делается попытка изучения феномена научных семинаров, широко распространенных в 1960-1970-х годах в общественных науках и, в частности, в социологии. А текст Томаша Гланца “Позор. О восприятии ввода войск в Чехословакию в литературных и гуманитарных кругах” посвящен “блокированной рефлексии” советской оккупации Чехословакии (1968).

Раздел “Социалистическая трагедия Андрея Платонова” продолжает серию публикаций, посвященных переосмыслению творчества Андрея Платонова в контексте революции 1917 года. На этот раз здесь представлены статья Ханса ГюнтераСмешение живых существ: человек и животное у А. Платонова” и эссе Торы Лане “Беспочвенность как основа”.

Всем, интересующимся историей декабристов и культурой начала XIX века, будут весьма полезны статьи из раздела “Парадоксы социальной репутации”. Игорь Немировский изучает обстоятельства, обусловившие резкий отзыв о Пушкине декабриста И. Горбачевского: как известно, в письме М. Бестужеву Горбачевский сообщил, что декабристам было запрещено знакомиться с поэтом, когда тот жил на юге, – потому что тот “по своему характеру и малодушию, по своей развратной жизни” сделал бы донос правительству о существовании Тайного общества. А Ольга Эдельман рассматривает семейную переписку П. Пестеля, существенно дополняющую – и меняющую – распространенное представление об этой фигуре, и выдвигает гипотезу, согласно которой Пестель мог быть прототипом Германна из пушкинской “Пиковой дамы”.

В основу раздела “По ту сторону театральности, или Прощание с мимесисом” легли материалы круглого стола “Театральность в искусстве и за его пределами”, организованного научной лабораторией “Театр в пространстве культуры” (РГГУ) в ноябре 2010 года. Публикуемые тексты представляют собой поиски нового, “нехудожественного” языка, который позволил бы, не злоупотребляя неологизмами, но и не впадая в анахронизм, осмыслить нынешний “постдраматический” момент.

Раздел ““Антропологическая трещина”: Концептуализм revisited” составили четыре беседы с московскими художниками о проблеме сакрального в современном искусстве, записанные Миленой Славицка в 1987 году. Предлагаемый материал имеет далеко не только историческую ценность, хотя речь идет о документах времени, которые в аутентичной форме рассказывают о тогдашних (конец 1980-х годов) взглядах ныне уже очень знаменитых русских художников – Ильи Кабакова, Дмитрия Александровича Пригова, Андрея Монастырского и Эдуарда Штейнберга. Их размышления о генезисе московского концептуализма, о связи русского авангарда с теологической проблематикой, о стратегиях современного искусства и его антропологическом измерении представляются актуальными и сейчас, даже еще более актуальными, чем в восьмидесятых годах, поскольку “сакральное”, причем не только в России, вернулось сегодня в художественный дискурс в весьма неожиданной, специфической, часто противоречивой и провокативной форме…”

http://magazines.russ.ru/nlo/2011/111/

buida, yuri

"Неприкосновенный запас", №1 (75), 2011

 “Неприкосновенный запас”: Как бы вы смогли сформулировать свое отношение к понятию “ностальгическая модернизация”?
Виталий Найшуль: Если считать, что ностальгия охватывает последние триста лет, то он вполне обоснован.
“НЗ”: А почему именно триста лет?
В.Н.: Представим себе, что некто постоянно получает по физиономии, но продолжает свое - снова, снова и снова. Именно так все последние триста лет у нас реализуется модернизационный кошмар.
“НЗ”: То есть нынешние усилия власти по обновлению страны есть лишь очередной шаг в большом модернизационном процессе, который начался три столетия назад?
В.Н.: Не совсем так, поскольку раньше от модернизации мы страдали, а теперь над ней смеемся.
“НЗ”: Как это понимать?
В.Н.: Прежняя модернизация шла наугад. Многое не получилось, но это было печально, а не смешно. А вот когда сегодня, обладая многовековым опытом, мы повторяем те же ошибки и разбиваем лоб на тех же самых местах, согласитесь, это уже смешно.
“НЗ”: Нельзя ли обогатить эту впечатляющую картину чем-то конкретным?
В.Н.: По некоторым направлениям наша модернизация проваливалась, а по другим преуспевала. Например, не было регулярной армии, а потом появилась и с петровских времен гремит по всей Европе - факт общепризнанный. Или успехи в естественных науках: их не было, но они возникли. Полный список достижений не важен; важно, что в некоторых сферах преобразования явно удались, причем даже на мировом уровне. Но мой скепсис происходит не из удач модернизации, а из ее провалов. (Кстати, похоже, что в реформировании, как и во всем другом, мы не знаем середины.) Именно там, где не получилось, и наблюдаются систематические попытки тем же самым способом, как десять, двадцать, сорок, сто лет назад, решать те же самые проблемы. Например, явно не получились и не получаются у нас правовая система и разделение властей…

http://magazines.russ.ru/nz/2011/1/
buida, yuri

Часкор о нобелевке по литературе

Вручив премию перуанцу Марио Варгасу Льосе, Нобелевский комитет, с одной стороны, сумел соблюсти сложнейшие политические интересы, а с другой — в полной мере удовлетворил широкого читателя с его представлениями о справедливости.

Нобелевская премия по литературе — награда не литературная. Для того чтобы в полной мере проникнуться этой не вполне очевидной для стороннего наблюдателя мыслью, достаточно посмотреть на список лауреатов: едва ли не две трети имён, в него вошедших, мало что скажут нашему современнику, причём не надо думать, что это касается только полузабытых классиков 20-х или 30-х годов прошлого века. Даже из авторов, увенчанных нобелевскими лаврами за последние двадцать лет, едва ли треть — писатели в самом деле мирового уровня. Впрочем, к скверному литературному вкусу как таковому подобного рода странная избирательность прямого отношения не имеет. При малейшей возможности наградить по-настоящему большого и важного автора Нобелевский комитет делает это без колебаний и, похоже, с неподдельной радостью. Другое дело, что соображения литературного качества редко оказываются ключевыми. Собственно, этого не бывает практически никогда…

http://www.chaskor.ru/article/prosto_horoshij_god_20369